Правомерны действия сотрудников ИК в том что не допустили общественного защитника к подзащитному?

Обоснованные сомнения в законности действий должностных лиц

Правомерны действия сотрудников ИК в том что не допустили общественного защитника к подзащитному?

3 сентября 2019 г. 10:46

Адвокат из Карелии обжалует непредоставление свидания с подзащитным, якобы написавшим отказ от него

Как сообщил «АГ» адвокат АП Республики Карелия (АПРК), заведующий «Северным филиалом» Московской городской коллегии адвокатов «Стратегический партнер» Виктор Молодежников, 2 сентября он обратился в Петрозаводский городской суд РК с административным иском о признании действий сотрудников ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» незаконными. В числе прочих нарушений со стороны администрации исправительной колонии защитник указал, что ему не было представлено ни письменное заявление доверителя, ни официальный отказ от встречи с ним. Президент АПРК Михаил Ямчитский отметил, что палата исходит из презумпции добросовестности адвоката, который уже получает необходимую правовую помощь. Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян подчеркнул, что неознакомление адвоката с заявлением подзащитного либо недопуск к нему, для того чтобы тот лично выразил отказ от правовой помощи, вызывают сомнения в законности действий должностных лиц, а также в том, что отказ действительно имел место.

Согласно исковому заявлению (имеется у «АГ»), 29 августа в 11:00 защитник прибыл для свидания с четырьмя осужденными, содержащимися в колонии строгого режима, и оказания им квалифицированной юридической помощи по соглашениям.

Ордера для передачи дежурному по ИУ были переданы, адвокату сообщили, что кабинет для свиданий на строгом режиме свободен, никаких комментариев по поводу непредоставления свидания с кем-либо из доверителей не высказывалось.

Несмотря на это, адвокату пришлось по несколько часов ждать встречи с подзащитными, которых доставляли не в том порядке, о котором он просил.

Вечером того же дня, во время ожидания свидания с подзащитным Сергеем Тарасовым, содержащимся в штрафном изоляторе (ШИЗО), начальник оперативного отдела информировал адвоката, что доверитель от него отказался. При этом никаких пояснений адвокату дано не было.

На требования предоставить свидание с Тарасовым сотрудник администрации колонии, майор Александр Филатов сказал Виктору Молодежникову, что подзащитный не хочет его видеть и написал соответствующее заявление.

«Указанное заявление мне представлено не было, на мои сомнения в состоянии здоровья Тарасова С.М. я получил ответ, что он от меня отказался, мои уведомления о намерении обратиться с жалобами на незаконное ограничение прав Тарасова С.М., гарантированных ст.

48 Конституции РФ, и моих профессиональных прав эффекта не возымели», – отмечается в исковом заявлении.

При этом, как указано в исковом заявлении, на обращение к начальнику колонии майору Ивану Савельеву о возможности ознакомления с соответствующим заявлением осужденного или об отказе в предоставлении свидания с ним ответа не последовало.

Адвокат предположил, что отказ начальника и сотрудников пенитенциарного учреждения в предоставлении свидания с Сергеем Тарасовым связан с тем, что ранее на свидании он сообщил защитнику о пытках и иных тяжких преступлениях, совершенных, в том числе, начальником ИК-9.

Истец также обратил внимание суда на то, что предоставление свиданий с осужденными, содержащимися в ШИЗО и ПКТ колонии, сопряжено с необходимостью следования адвокатов через всю территорию ИК, что неизбежно ведет к пересечению с иными осужденными, находящимися поблизости, и не может гарантировать безопасность адвокатов. При этом сопровождение защитников осуществляется сотрудниками колонии без видеорегистраторов.

Кроме того, отмечается в иске, не может быть гарантирована и конфиденциальность беседы в кабинете для свиданий, так как он закрывается обычной деревянной дверью, ведущей в коридор, где постоянно ходят сотрудники учреждения. По мнению истца, это также является незаконным.

Со ссылкой на ч. 1 ст. 18 Закона об адвокатуре, запрещающей вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо воспрепятствование ей каким-либо образом, истец подчеркнул, что позиция и действия начальника и сотрудников колонии нарушают как права осужденных на получение квалифицированной юридической помощи, так и профессиональные права адвоката.

О произошедшем Виктор Молодежников незамедлительно уведомил АП Республики Карелия и Комиссию Совета АПРК по защите профессиональных прав адвокатов.

Он направил соответствующее заявление в республиканскую прокуратуру, а также жалобы от имени доверителей в СУ СК РФ по РК и прокуратуру (имеются у «АГ») на превышение должностных полномочий (в том числе истязания, пытки), допущенное в отношении них сотрудниками колонии.

Комментируя «АГ» данную ситуацию, президент АПРК Михаил Ямчитский пояснил, что палата, в первую очередь, исходит из презумпции добросовестности адвоката. «Необходимую правовую помощь при защите своих прав он получает, в том числе от Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов при Совете АПРК», – сказал он.

С другой стороны, добавил Михаил Ямчитский, в настоящее время в Квалификационной комиссии находится дисциплинарное производство в отношении адвоката по этим же обстоятельствам, о чем сообщалось ранее.

Напомним, что в мае в отношении Виктора Молодежникова сотрудниками ФКУ УФСИН по РК ИК-9 был составлен протокол по ст. 19.12 КоАП РФ за то, что в ходе свидания с подзащитным адвокат дал ему подержать свой телефон для прослушивания аудиозаписи судебных заседаний.

По словам Михаила Ямчитского, решение по данному дисциплинарному производству пока не принято – заседание квалифкомиссии назначено на конец сентября.

Николай Флеганов отметил, что комиссией принято решение рассмотреть жалобу адвоката. «Мы как раз и рекомендовали Виктору Молодежникову обратиться в суд с самостоятельным иском об оспаривании действий сотрудников колонии, которые мы считаем прямо нарушающими права защитника», – заключил он.

Источник: https://fparf.ru/news/fpa/obosnovannye-somneniya-v-zakonnosti-deystviy-dolzhnostnykh-lits-/

�������� ������������ �� �����, ��������� � �����������. �� ��������� �����

Правомерны действия сотрудников ИК в том что не допустили общественного защитника к подзащитному?

���������� �����:������ ����!

��� ��������� ��� ������ ���, �� � ��������� ���� �� ������� ������ ������ �� �����. ������� ��� �� ��� ����, �� ����� �����, �����… � ��� ��������� ���������, ���� ������� � ������� �� ��������� ����� ���������� (�������). � � ��� ����� ���� �� ������. ��� �������� � ����� ������� ������, ����� 16-�� ���.

� ������� ���������� ������� �� ����������, ������� ������ ���� �������� � ����� �� ��������� ����� �������, ������ ��� ���������� ������ ������� ����� �� 1500 ������ �� ����� ���� �� ����� � �������� ������������� ����.

������ ����� � ��� � ��� �������� ���, � ���� � �� ������� ����� � ������� ��������� ������ � ���� (����) � ���� �� ������ ��� ����� ����� �������� ������ ������ ��� ��� ���� ������� � ��� ���� ����� ���. � 17.02.09 ��� �������� ���� ������� �������� � �������� ������.

����, ���� ��� ����� ����� ���������� ������ � ���� �� ������� �������� �� ����� ����������, ��� ��������� � ���� �� ���� ����� ��� ������, ���� �� ������, � ����� ���! � ����� �� ��������� ������ ����� �������� ��� ����� ����� ������ ������, �� ���� ���� � �����, ��������� ��������� ����������� �������, ���� ������� ������ �� ����, �� � ��������� ����� ��� �� ����������.

���� ����� ������� � ���������. ��������� ��� �� ������, ��������� ��������. ������� ��� �� �� ������ ������ � “����� �� ����� ����������”, � ��� ���� �� ��������� ������ ���� ���� ��������� 2000 ��������. � ������ ������� �� �����, ������� ���� ����� ����������. ��� �� �������, �������� ��� ��� ������ ������ �� ���� ���������� (������ ����� ������� �� �����).

��� ��� �������, ��� ��� ���� ����, ������� ����, ���� ����� ���� �����, ������� ��� ���� ����������� ������� ������, ���� ������� ���� ������� �� 8 ���! �� ���� ������ ������� ������, ����, � ��� � ����� � ����, ���� ������ �������� � ����������� � ���������� ��������� �� � ���� ����, ���� � �� ������ ������ ���� � ������ � ������ �� ������� ���� �� ������, ����� ���������� ������������. ������ � ��� ����� ���� �� �������, � ����� ������ �� ���� �����. ��������� ������ �� ������ ��� � ������, ���� �� ���� �� ��������� ���, ������ ��� ���������� �� �������. ������������, ��� ������� ���� ���� ��� ���� ���������� �� ������������, ���� � �����, ��� ��� ��������, ������� ������ � ������ �� ����� �����, � ��������� ��������� � ��������, ����� ��� ������ ����� �����. ���� ���� ��� �������� �� ���������, ���� ���� �� �� ������ �����. ������������� 10 ���� ������� � ����� ���������� ������ ����� �� �������, ������������� ��� ��� ������! ��� � ��� ����������, �������, ��� � ����� ���� “����� ������� �������”. ������� ���� ��������� � ��������. � ���� ����� �� �������������� ��������. ���� �� � ����������� ������� ��� ��, ������ ��� ��� ����. ����� ��� ��������� ������� �����-�� ����������� �������� ���� ������ ����, �� ���� �������� �� ����� �� �����…����� ���� ����������� �����, ������ ��� ����� ���� � ������� � ���� ��������� ��������, ����� ��� ������� � � �������� ������. �������� � �������� ���� � �� ����� �������. �� ���� � ������ �������… � ������ ����� �� ������, ������������ ���� ����, ��� �������� ��� ������, � ���� �� ��������� �������� ���� �� ��������. ������� �� ����� ����� ����� ��������� �������� ������� ��� � ���� �� ����� ��������, ���������� ��� �� � ������ ������ ���, ���� ��� � ������������ ������ � �������, ��� ������. � ������� ���������, ������� ���� ���� ������ �������� ���-��, ����� ��� ����� ���� ��� �������� �������, ���� � ��� ��������� ��� ��� ����� � �� ��������� �������� � �������� � ������� ��������� �� ������ ����������. ������� ��� ������� ������� � ����������� ���� �� �����, ������� � ��� ������� � �������� ��� �� � ���. �� ������� ��� �� ������ �� ��� ����������� (����� ��) ����������� � �� ���� �� ������ ��������� � ����������� ��������, �������� ���������� ���� �������� ����� �����������. ������ ������ ���������. ������ � �������� ���� ����� ���� ������, ��� � ������� ����� �� ���� “���� ��������”. ��� ���! ����� ����� �� ������ ��������, � ������ �� ������, ��� ������ ���� �����, ��� � ��� �� ����� �������� � ��� �� ������. ����������� ���������� ��� ��� ������? � ���� �� ���� ���� ��� ����� �� �������� �������� ��������� ����, ������ ��� ��� ���, �������� ��� ������� � ���������� ��� ������ ����, ��� �� ������� �� ����, ������� ���� � � ��� ���� �� �����, ��� ��� ��� ����� ����� ��������, � � ���� ��� ��� ��� ������� � ���� �� ����� ���� ��������, ����� ��� ������� ������. ����� ������ �����. ���������� ��������. �������� �� ����������� � ����� ������� ��� �����������, � ���� ����������, ��� ������, ���� �� � ���� ��������������� � ����� �� ���? � ��� ��� ����� ������ � ���������. ������ � ���� ��� ���� ���������, ���� ��������, ��� ��������, ��� ��� ���� �������� �������� ��������, �� ������� �������, ����� ������ � ���? ������� �������. ������� ��� �� ���������� � ���� ����� ��� �.

�������� ����������:  ������������. ���������� ������������� ���� ���������� ��������� ������� ��� ����������� ������.  �������� ������ 49 ��� �� �� ����������� ��� ������������� ���� � �������� ��������� ����� ���� �������� ������ � ��������� ���� �� ������� ������������� ����������� ��� ���� ����, � ������� �������� ������������� ����������. �.�.

������������ ���������� ����������� ������� ��� ����� � �������� ��������� ������ ����. �� ��� ������ �������� ��� � ��������������� ����������� (��� � ����� �������� ����� ��������), �.�. ��, ������ �����, ���������� � ����������� ���������� � ������ � ���������� ������������ � �������� ���������.

����� �� ��������� ������� � ���� ���������, ����������� ���������� (������ 72 ���).

27.02.2009.

Источник: http://hand-help.ru/doc2.1.10.html

Помимо адвоката нужны люди, которым небезразлична судьба подсудимого Как устроена работа общественных защитников — Meduza

Правомерны действия сотрудников ИК в том что не допустили общественного защитника к подзащитному?

С 2001 года в России действует институт общественных защитников — это люди без юридического образования, часто знакомые или родственники подсудимых, которые помогают адвокатам представлять их интересы, в том числе и по уголовным делам.

В последнее время общественными защитниками становятся гражданские активисты — они работают уже не только на близких, но и незнакомых людей.

При этом, в отличие от адвокатов по назначению, такие защитники, во-первых, могут сами выбирать себе дела, а во-вторых, не связаны некоторыми ограничениями — например, они могут заявить в суде, что считают дело политически мотивированным.

«Медуза» попросила трех общественных защитников рассказать, как и почему они начали этим заниматься — и чем защитник без специального образования, но зато прямо заинтересованный в деле может помочь профессиональному адвокату.

Петр Курьянов

Сотрудник фонда «В защиту прав заключенных»

В начале двухтысячных, когда я сам сидел в тюрьме в Саратове по сфабрикованному делу — [полицейские] мне подбросили наркотики и вменяли их хранение — изучал УПК.

Наткнулся там на статью, где говорилось, что у обвиняемого и подсудимого есть право — ходатайствовать о допуске защитником по делу одного из родственников либо другого лица. В 2001 году был принят новый УПК, который делал это возможным.

Буквально в то же время мой сокамерник одним из первых в Саратовской области тогда сумел добиться, чтобы его защитником по уголовному делу выступала в том числе его жена.

Вскоре я тоже добился, чтобы мою племянницу допустили в качестве защитника по уголовному делу наряду с адвокатом. Важно понимать, что закон предусматривает допуск родственника или иного лица только наряду с квалифицированным адвокатом, не вместо.

Адвокат тоже тогда хорошо мне помог, но в то же время я понимал, что за минимальную оплату труда — а у моей мамы не было денег, чтобы оплачивать его труд хорошо — ожидать какого-то эффекта и полноценной выкладки не стоит.

Племянница ходила ко мне и в СИЗО и участвовала в суде, очень много помогала. Я давал ей указания, она приносила мне судебную практику, конституционные постановления. Мы действовали в связке.

Я воочию убедился, какой это, на самом деле, эффективный механизм защиты своих прав в наших судах при сфабрикованных по большей части уголовных делах. Только в результате совместных действий нам удалось добиться успеха в том деле — я отделался уже отсиженным годом в СИЗО.

Связываю это именно с тем, что моей защитой наряду с адвокатом был близкий человек.

Вскоре после того, как я должен был выйти из СИЗО, у моего сокамерника начинался суд. Я составил ему тексты ходатайств и заявлений, которые он должен был подать в суд, чтобы уже меня назначили его защитником наряду с адвокатом. И, спустя неделю после того как я вышел из СИЗО, я защищал его в суде.

Я пришел в СИЗО с постановлением суда и выписал требование о том, чтобы ко мне — защитнику, допущенному судом — вывели моего подзащитного для беседы конфиденциально, как полагается по закону.

Ко мне тогда выбежал заместитель начальника по режиму и говорит: «Курьянов, ты чего, угораешь? Я тебя здесь целый год водил в наручниках, а сейчас ты освободился, и я тебе буду выводить твоего подзащитного?» Закончилась эта история тем, что мы с адвокатом добились более-менее разумного срока для подзащитного и даже не пошли обжаловать приговор.

С начала 2012 года сразу после Болотного дела я перебрался в Москву и теперь работаю в фонде «В защиту прав заключенных» и регулярно выступаю защитником в уголовных процессах.

Важно добиваться того, чтобы кто-то из тех, кому не безразлична ваша судьба, был допущен судом наряду с адвокатом в качестве защитника на ранних стадиях возбуждения уголовного дела.

Когда дела сфабрикованы, приходится активно доказывать свою позицию, писать жалобы на незаконные действия, разоблачать фабрикацию с самого начала, собирать огромный багаж в виде ответов прокуратуры, Следственного комитета, которые в своих ответах вступают в противоречие.

Когда приходишь в суд с этими противоречиями, с отменами неполных проверок по твоим жалобам, то больше шансов убедить судью и заставить согласиться, что действительно: дело шито белыми нитками.

Александра Россиус

Студентка четвертого курса Института лингвистики РГГУ

Я заканчиваю бакалавриат по специальности «Фундаментальная и прикладная лингвистика», но уже на третьем курсе потеряла к этому интерес.

К тому, что меня интересует именно защита прав человека, пришла постепенно. Я давно была политически активна, участвовала в акциях протеста, в проведении одиночных пикетов.

Последний одиночный пикет, в котором я участвовала, был, когда арестовали Льва Пономарева.

В какой-то момент я поняла, что мне хочется заниматься помощью пострадавшим от несправедливой, на мой взгляд, судебной системы. Я прочитала на сайте фонда «Русь сидящая», что можно быть защитником, не имея адвокатского статуса.

У них есть свое образовательное мероприятие «Школа общественного защитника», где есть курс лекций, который помогает понять, как можно защищать в суде. Зимой 2019 года я послушала эти лекции, и после этого на меня сразу посыпались дела, и я начала защищать.

В обоих делах, в которых я участвовала к этому моменту, моих подзащитных оправдали.

Недавно я вместе с другой защитницей помогала женщине, задержанной на митинге [против изоляции Рунета] 10 марта. Там была совершенно жуткая история — очень много нарушений со стороны полиции. В отделении ее били, оставили на две ночи в обезьяннике, не давали еду и воду, не пускали в туалет.

Это была совершенно дикая, пыточная история. Ей не показывали никаких протоколов, которые были на нее составлены. Обвинялась она в том, что после окончания митинга оказала сотрудникам полиции неповиновение, отказалась покидать место митинга и продолжала выкрикивать лозунги «Путин вор».

В этом процессе главная моя заслуга — то, что я смогла найти доказательства того, что задержана она была не в 16:20, как было указано во всех рапортах, а самое позднее в 16:05, притом что митинг закончился в четыре.

Понятное дело, что если человек через пять минут после окончания митинга не покинул место — это не то же самое, что через 20 минут.

Даже гипотетически я не допускаю, что защитник может брать с подзащитных деньги. Для меня важно, что со всеми людьми, которых задерживают и судят за митинги, я нахожусь в одной лодке.

Меня саму задерживали, я была на их месте, а в ближайшие месяц-два ожидаю суда за акцию протеста, где защищать меня будет моя подруга, защитница Саша Баева (ее монолог читайте ниже — прим. «Медузы»).

Это все для меня не просто волонтерство и благотворительность, это в большинстве случаев еще и помощь другу, потому что пусть даже я ни разу ранее не виделась с моим подзащитным, это такой же активист как и я, это человек, который проходит ровно через те же трудности, через которые временами прохожу я сама. Сегодня я кого-то защищаю, завтра меня кто-то защищает, и так будет продолжаться, пока Россия не будет свободной.

Кроме того, нужно понимать, что людям, которые в чем-то обвиняются, самим деньги очень нужны. Особенно это касается уголовных дел, а мне бы хотелось впоследствии защищать по уголовным делам.

Судьи, по большей части, к защитникам относятся с пренебрежением. Защитник может донести до судьи свои доводы, но адвоката судья все-таки скорее послушает. На одном из судебных заседаний вместе с нами защищал человека и адвокат.

Он, по сути, ничего не сделал, на заседании впервые увидел материалы дела, но при этом все равно его судья слушала с гораздо меньшим раздражением, чем нас. При этом у защитников есть одно преимущество — они не ограничены адвокатской этикой.

Например, если я считаю, что моего подзащитного преследуют по политическим мотивам, то адвокат этого сказать не может, потому что адвокат не имеет права лезть в политику. А меня как общественного защитника ничего не ограничивает, я могу это сказать.

Например, если в деле участвуют адвокат и защитник, и при этом дело явно политически мотивировано, значит, всю политическую составляющую должен излагать защитник. В этом важное преимущество защитника.

Я могу в письменной форме заявить, что дело, к примеру, политически мотивированное, и судья не сможет это не приобщить к делу, а значит и не может это не учесть. Это может сыграть ключевую роль для высших судебных инстанций, прежде всего, конечно, для Европейского суда по правам человека, потому что такие вопросы, как политические преследования, прежде всего, идут в Европейский суд.

В дальнейшем я планирую получить юридическое образование. Наверное, буду работать в правозащитной организации и в свободное время бесплатно помогать людям как общественный защитник.

Александра Баева

Студентка четвертого курса истфака МГУ

Я с 15 лет хожу на митинги. Застала даже самые резонансные — 2011-2012 годов. 5 мая 2018-го я тоже приходила на митинг и писала потом о задержаниях статьи для «Медиазоны». Тогда в участках среди задержанных я встретила очень много своих друзей. Задержали человек сто, и все они ночевали по разным отделам.

Им помогало очень много защитников, но их на всех не хватало. Мы тогда прямо на месте консультировались с адвокатами и правозащитниками о том, как нам быть, как защитить своих друзей. В тот раз помощь не понадобилась, потому что в итоге практически всех вскоре отпустили.

Но идея стать общественным защитником у меня родилась.

Зимой 2019 года я ходила в «Школу общественного защитника», где правозащитники и адвокаты рассказывали, как работают наши суды и как они в этих условиях защищают людей.

Буквально через несколько дней после того, как я прослушала курс, моего друга задержали в аэропорту Домодедово якобы за неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции по статье 19.3, и он обратился ко мне за помощью.

За это дело взялись я, моя подруга защитница, еще один знакомый и адвокат. Мы с подругой допросили дежурного полицейского (друг сам позвонил в полицию, чтобы составить заявление на контролера — прим.

«Медузы») подавали много ходатайств судье, делали всю бумажную работу. Было несколько судебных заседаний, судья была настроена против нас [защитников].

Тем не менее после очередного заседания суд оправдал его.

Мне кажется, от защитников есть большая польза, и есть даже некоторые преимущества перед работой адвоката.

Если для адвоката это зачастую рутина, потому что он уже поучаствовал в сотнях уголовных дел, он без энтузиазма берется за дело, где подзащитному грозит 15 суток, а не 15 лет, то для общественного защитника каждое дело — вызов. Он ближе общается с семьей, узнает у них все детали, в целом, глубже входит в процесс.

Дежурный адвокат должен защищать того, кто ему достался, просто потому, что выпала очередь. У защитника все не так: ты можешь сам выбрать себе любой процесс.

То есть обычно это какие-то друзья, друзья друзей, не дай бог родственники.

И ты можешь как общественный защитник помогать [подзащитным], имеешь право знакомиться с материалами дела, приходить к ним в СИЗО в любой момент и беседовать в отдельной комнате без прослушки.

Когда мне исполнится 25, я обязательно войду в . Официальный статус адвоката получать, наверное, не буду, потому что это все-таки другое. Но так или иначе продолжу заниматься защитой, потому что оказалось, что дел, где нужна помощь столько, что горшочек, не вари.

Источник: https://meduza.io/feature/2019/04/09/pomimo-advokata-nuzhny-lyudi-kotorym-nebezrazlichna-sudba-podsudimogo

Административное право
Добавить комментарий